Абзаново: туризм вытесняет скот и уклад

В селе Абзаново Архангельского района Башкирии туристы и местные жители годами конфликтуют из-за земли. Поголовье коров в деревне сократилось с тысячи до сорока.
6 ноября, 2026, 15:10
3

С моста видно, что место до леса (это кладбище) закрыто под городок глэмпингов. Туристы переселились за кладбище, то есть в деревню

Источник:

Марина Каримова / UFA1.RU

Село Абзаново в Архангельском районе Башкирии за последние годы стало слишком популярным. От Уфы — час езды, рядом красивые виды, чистая река Инзер и знаменитый зеркальный водопад. Все это притягивает туристов-дикарей. Однако за живописными пейзажами скрывается многолетний конфликт, который поднимает более глубокий вопрос: что происходит, когда массовый туризм врывается в жизнь традиционного сообщества?

Столкновение укладов

Началось все с «ежей» на дорогах — самодельных ловушек, которые, по словам туристов, местные жители ставят ночью, чтобы проколоть шины непрошеным гостям. Осенью и зимой сюда едут к городу глэмпингов напротив водопада. Летом в Абзаново приезжает более двух тысяч машин туристов-дикарей. Берег Инзера превращается в палаточный лагерь: музыка до утра, костры, шашлыки, алкоголь. Для туристов это привычный формат выходного отдыха. Для местных — посягательство на территорию, которая кормит их семьи.
«Туристы наших коров гоняют оттуда, кто-то из пневматики стрелял. Бухие мужики берут коров за рога и выталкивают с поляны», — рассказывает житель деревни Виль (имя изменено — он опасается мести).

Что осталось от пастбищ

Проблема не только в туристах. По словам местных, администрация «зажала» деревню стройками со всех сторон: участки под выпас сокращаются, а оставшиеся часто заняты платными глэмпингами или частными проектами. Единственное доступное пастбище — тот самый остров, который каждые выходные превращается в палаточный городок.
Заместитель главы администрации Архангельского района Андрей Вдовин уверял: участки для выпаса определены, доступ к реке коровам не запрещен, а остров — удобное пастбище. «И корова, и человек имеют право. Есть Водный кодекс, федеральный закон. Никто не имеет права запретить подходить к реке», — говорит он.
Но что делать, если на этом «удобном пастбище» обосновался палаточный лагерь?

Цифры, которые говорят сами за себя

Еще недавно в районе держали до тысячи коров. Сейчас на всю деревню осталось около сорока голов. Люди избавляются от скота: держать его становится все тяжелее.
«В деревне вообще без скота — это же тяжеловато, сметану-молоко надо делать, творог. Продавать туристам нет смысла, потому что нам самим не хватает», — объясняет Виль.
При этом туристы предлагают простое решение: «Зарабатывайте на нас! Мы приезжаем с деньгами, хотим отдыха. Можно продать нам напитки, еду, мясо, пирожки». Местные возражают: «Тут люди другие, они не хотят менять свой уклад. Хотят жить так, как жили предки».

Между двух огней

Чиновники называют ситуацию «междусобойчиком» и советуют решать конфликты законным путем — через полицию или администрацию. Местные просят о помощи: «Помогите нам журналистским расследованием!»
Туризм продолжает наступать. Глэмпинги занимают «жирные» зоны у воды, дикари перебираются ближе к деревне, коровы уходят. На карте остается все меньше мест, где традиционный уклад может существовать без конфликта.
Читайте также